Миасский педагог Аркадий Сагомонянц запомнился всем, кто его знал

Начиная с Дня знаний и вплоть до Дня учителя мы обычно вспоминаем своих педагогов — и тех, кто до сих пор  «сеет разумное, доброе, вечное», и тех, кто безвременно покинул этот мир. В июне могло бы исполниться 80 лет учителю физкультуры Аркадию Сагомонянцу, десять лет назад, к сожалению, ушедшему от нас.

Он не совершил ничего выдающегося, но навсегда запомнился тем, кто его знал, как добрый, жизнерадостный, светлый человек и мудрый, понимающий педагог.

«Всей душой я там».

Вы скажете, хороший человек — этого мало?.. Как бы не так!
В современном мире, где на каждом шагу пропагандируются насилие и жестокость, истинная, не показная доброта и сердечность становятся ценнее золота.
По словам дочери, Жанны Сагомонянц, отец ее родился в Фергане, в семье сапожника. С детства увлекся легкой атлетикой, ставил школьные рекорды и даже выступал за сборную Узбекистана.
Лет с 15-ти подрабатывал тренером, а зарплату, как и премии за спортивные победы, отдавал в семейный бюджет. Жила в нем с юности твердая уверенность, что мужчина обязан обеспечивать семью так, чтобы она ни в чем не нуждалась.
После окончания школы поступил в институт на специальность «Русский язык и литература», потому что любил русскую классику и, несмотря на занятость, очень много читал.
Учился хорошо, но через год пришел к ректору: «Понимаете, сижу я на лекции по русскому языку, а сам смотрю в окно, где спорт-
смены занимаются. И всей душой я — там…». Ректор понял: «Хорошо, иди, чтобы не только душа, но и ноги там были». И Аркадий перевелся на спортивный факультет.

«Будь умницей!».

После института Аркадий завел семью, родилась дочь, в которой он души не чаял. Уйдя в армию, присылал открытки не только любимой супруге, но и крошке-дочери.
«Любимая дочурка, с каждым месяцем ты становишься больше и больше, чем очень радуешь маму и папу. Будь всегда умницей и слушайся маму. 1963 год».
День, когда папа-солдат вернулся домой и пришел в детский сад за дочкой, стал самым счастливым для них обоих. Впрочем, счастливыми стали все годы, проведенные с отцом.
— Папа умел превратить повседневную жизнь в радость, — вспоминает дочь. — Вместе с ним мы смотрели футбол и потом бурно обсуждали матч. Брал меня с собой в ДК автомобилестроителей на соревнования по баскетболу и волейболу, где был судьей. Водил своих учеников в походы — и я всегда была с ними. Зимой всей семьей вставали на лыжи — и это тоже было ни с чем не сравнимое удовольствие. Если воспитывал, то тактично, спокойно: «Нельзя никуда опаздывать, но и раньше приходить нежелательно», «Умей держать слово. Пообещала — сделай или вообще не обещай», «Взяла вещь — положи на место».

Душа компании.

Дружбу Аркадий Сагомонянц считал главной ценностью в жизни. В юности у него было трое верных приятелей, которые, как мушкетеры, стояли друг за друга горой.
И, конечно же, поселившись в Миассе, он и здесь сразу оброс друзьями. Самая долгая дружба его связывала с Фаритом Сафаргалиным, учителем физкультуры в школе № 7,
с которым он познакомился еще в армии и пригласил в Миасс. Хорошо и крепко дружил с Петром
Зайцевым.
Праздники, отпуска, выходные дни Сагомонянцы
проводили большими компаниями, смех и шутки не смолкали. Врач-хирург Александр Макаров читал стихи и пел, а Аркадий
Антонович считался непревзойденным рассказчиком и исполнителем армянских танцев.
— Отец всегда был душой компании, — продолжила рассказ дочь. — Причем компании любого возраста. Его одинаково любили и мои друзья, всегда интересовавшиеся: «А твой папа будет дома?», и друзья подрастающей внучки, которую он обожал, играл в прятки, гулял, катал с горки и был при этом абсолютно счастлив.

Детей не обманешь.

Аркадий Сагомонянц был тружеником до мозга костей. Начав подрабатывать подростком, он ни дня не сидел без работы — даже летом, в школьные каникулы, вместо отдыха отправлялся на заработки.
Его, казалось, знал весь город — спортсмены и физкультурники резинового завода, в обществе слепых, в школе № 4, колледже искусства и культуры. Его знали — и очень любили.
— Это был Учитель с большой буквы, которого отличало какое-то особо заботливое, бережное, уважительное отношение к ученикам, — призналась дочь. — И ребята это всегда чувствовали, потому что детей не обманешь.
Правоту слов Жанны Аркадьевны подтверждают отзывы студентов колледжа о своем физруке:
«жизнерадостный, понимающий, всегда улыбался…»,
«его любили все студенты, и эта любовь была взаимна…»,
«на его уроках мы оживали, отдыхали от нот и клавиш, а он прощал нам все шалости…»,
«к каждому студенту у него был свой подход…»,
«никогда не отказывал в помощи, которую мог попросить у него любой из нас…»,
«был человеком добрейшей души, но при этом по-хорошему строгий…»,
«для ребят был эталоном мужского поведения…»,
«всегда излучал только позитивные эмоции…»,
«его уроки были настолько интересными, что мы их не пропускали и с нетерпением ждали следующих…»,
«в нем было то, чего порой не найти в современных людях, — благородство и доброта…».

Благородство и доброта.

— Студенты очень точно подметили основополагающие качества любимого учителя — благородство и доброту, — подытожила свой рассказ Жанна Аркадьевна. — Очень по-доброму относился он и к ребятам, и ко всем, кто встречался на его жизненном пути. Но при этом было у отца чувство внутреннего достоинства, врожденная порядочность. Как-то один из друзей (человек, надо сказать, достаточно зажиточный) пригласил его в гости, случайно обронив при этом такую фразу: «Увидишь, как люди живут…». Ни один мускул на лице отца не дрогнул, он продолжал улыбаться и шутить, а затем придумал какой-то повод и деликатно отказался от приглашения.
…Когда Аркадия
Антоновича не стало, друзья и знакомые, говоря о нем, отметили главное — он умел любить.
Казалось бы, что тут сложного?.. А он именно УМЕЛ любить — искренне, сердечно, всей своей большой душой. Любил жену, дочь и внучку, учеников, друзей. А еще — никому не завидовал, никого не осуждал и был до последней минуты молод душой.

фото из архива семьи Сагомонянц


Яндекс.Метрика
Выделено памяти сервера: 47.9MB | MySQL запросов в базу: 190 | Страница создана за 0,341 sec.