Время и люди. Жительница Миасса вспоминает о работе в Чернобыле после трагической аварии на атомной электростанции.
В этом году исполняется 40 лет со дня чернобыльской катастрофы — самой крупной в истории мирного атома. «Миасский рабочий» готовит серию материалов о жителях нашего города — участниках ликвидации последствий аварии. В канун 8 Марта расскажем о женщине с таким статусом — Людмиле Бейреховой.
В 1986-87 годах в опустевшем Чернобыле она обеспечивала питание тех, кто боролся с радиацией.
«Об аварии не знали»
С молодых лет судьба носила нашу героиню по большой стране. Родилась Людмила Зиновьевна в Узбекистане, куда ее родители из Оренбургской области приехали на стройку. Жили в городе Бекабаде. После 8 класса Люда поступила на заочное отделение Ташкентского педучилища и начала работать няней в детском саду.
Окончила два курса — стала воспитателем младшей группы. Среди ее ребятишек оказались сыновья начальника местного ОРСа — отдела рабочего снабжения, который заведовал всей торговлей и общепитом. Начальник позвал Людмилу работать в ресторан — так определилось ее настоящее призвание.
На новом месте девушка освоилась быстро: начала с ученицы официанта, затем окончила профильные курсы, дальше выучилась на повара и бармена. А в 1986-м приехали люди из ташкентского управления и выбрали 12 лучших работников, чтобы направить в Чернобыль. В то время нашей героине было 32 года.
— Мы даже не знали об аварии, — вспоминает Людмила Зиновьевна. — Нам просто сказали: «Поедете в командировку, будете кормить людей». О том, что там случилось, рассказали только когда уже в Киев прилетели.
Из украинской столицы командировочных привезли в Чернобыль. На месте выдали солдатское белье и белые куртки. Потом белье, шапки, маски меняли каждый день. И еженедельно контролировали дозу облучения.
Вахта, на которую прибывали сотрудники общепита со всего Советского Союза, продолжалась 20 дней. Нужно было кормить рабочих, которые устраняли последствия катастрофы.
— В Чернобыле была большая двухэтажная столовая, — рассказывает наша собеседница. — Раньше в этом здании находился сервис техобслуживания, после аварии его быстро переделали. Готовили мы много: кормили людей три раза в день, за раз обслуживали полторы тысячи человек. Кормили ликвидаторов очень хорошо. На подносе у каждого было первое, второе, обязательно сметана, шоколад, кусочек масла. Овощи — свеклу, морковь — варили в ночь пятидесятками, утром нарезали на витаминный стол, давали лимоны, мандарины. Воду из крана не пили, было большое количество минеральной воды. Работали с половины четвертого утра до часу ночи. В комнате нас жило 50 человек — стояло много коек, кушали там же. Никуда не ходили, все было под запретом. За порядком следили охрана и КГБ.
Местного населения в городе не осталось — всех эвакуировали. Столовских работников поселили в здании напротив частного сектора. Людмила Зиновьевна помнит пустые дома, белье на веревках во дворах, забытые детские игрушки, брошенные автомобили.
Ездили сотрудники общепита и в такую же безлюдную Припять, где военные разбирали обломки крыши 4-го энергоблока остановленной станции. Ликвидаторам привозили обеды в армейских канистрах, но на территорию АЭС заходить не разрешалось.
Удивительно, но ни долгий рабочий день, ни спартанские условия, ни мрачная обстановка никого особо не смущали. На вопрос, не боялись ли вахтовики радиации, собеседница отвечает:
— Да мы и не задумывались об этом! Молодые были, энергичные, веселые, жизнерадостные. Народу было много, работали дружно, и как-то даже не уставали. Интересно было!
В 1987 году Людмила Зиновьевна поехала на вахту в Чернобыль еще раз. Самый сложный период после аварии к тому времени закончился, однако работы по дезактивации в зоне отчуждения атомной электростанции продолжались.
«Не жалуемся!»
За свою жизнь Людмила Зиновьевна не работала всего две недели. Но для ее кипучей натуры и это много: «Думала, с ума сойду!». Всюду, где бы ни оказывалась, наша героиня находит себе дело.
В конце 1994 года, когда в Узбекистане стали притеснять русских, Бейреховы уехали
в Россию — тогда каждый месяц город покидало по 300-500 человек. Отправились на родину мужа — Алтай, где поселились в совхозе.
— Муж устроился на работу, — продолжает рассказ Людмила Зиновьевна. — Денег не платили, давали карточку, на которую можно было брать что хочешь в совхозном магазине. Хозяйство стали держать: корову, двух телят, поросят 25 штук, кур.
— И вы сами со всем этим управлялись? — удивляемся мы. — Вы же раньше никогда этим не занимались!
— Не занималась, — смеется собеседница. — Соседка показала, как корову доить. Я посмотрела — ничего там сложного нет. Это только в первый раз кажется, что тяжело. Но когда желание есть, все получится. Я не боюсь работы, так что мне это не трудно.
Освоила горожанка Людмила Бейрехова и другие сельские труды: уход за скотиной, работу в огороде, посадку и уборку картошки в поле.
На Алтае прожили десять лет. Как-то поехали погостить к сестре Людмилы Зиновьевны — в Челябинскую область, поселок Томино. Решили перебраться туда: до областного центра маршрутки ходят, работа там есть.
Устроилась наша героиня снова в общепит. В 2007 году получила жилищный сертификат, и семья купила дом в Челябинске. Но и эта прописка не стала окончательной. Сначала у мужа заболела мать — пришлось переселиться к ней в Татарстан. Через шесть лет Бейреховы приехали в Миасс
к дочери и обосновались здесь. Наша собеседница убеждена, что надо помогать детям — дочь и любимый внук сейчас живут в Челябинске.
— На жизнь не жалуемся! — говорит Людмила Зиновьевна. — Бывает, конечно, и ноги болят, и поясницу прихватит. Но ничего, встаешь и идешь.
Хроника
В ночь на 26 апреля 1986 года на 4-м энергоблоке Чернобыльской АЭС проводились испытания турбогенератора. В 1 час 23 минуты по московскому времени произошел взрыв и пожар. Была полностью разрушена активная зона реактора, здание энергоблока частично обрушилось, произошел значительный выброс радиоактивных материалов в окружающую среду
27 апреля были вывезены все жители Припяти — 47, 5 тыс. человек. Были задействованы более 1200 автобусов, около 200 грузовиков, два дизель-поезда и речные теплоходы. Современной истории неизвестны случаи, чтобы за столь короткое время было эвакуировано население целого города.
В следующие дни вывозили жителей 10-километровой зоны вокруг ЧАЭС. Всего в течение мая 1986 года из 188 населенных пунктов в 30-километровой зоне отчуждения были отселены около 116 тыс. человек.
Фото Дарьи Никитенко
