Архивы. Миасские мастеровые умели хорошо работать и с размахом гулять
Миасский краеведческий музей открыл новый сезон лекций для тех, кто интересуется историей нашего города. Первое мероприятие порадовало уникальным материалом, которого не найти в интернете. Главный научный сотрудник музея Нина Чухарева рассказала, какими были дома, одежда, традиционные блюда, свадебные и семейные обычаи местных жителей в XIX — начале ХХ века.
Лекция «Домашний быт мастеровых Миасского завода» основана на летописях, которые велись при миасских храмах, и других источниках из фондов краеведческого музея.
На стекле и хрустале
— Еще в 1980-х годах возле напилочного завода сохранялась бревенчатая постройка — барак, где жили первые миасские поселенцы, крепостные из Тульской и Орловской губерний, — рассказывает Нина Чухарева. — В то время на рудниках и медеплавильном заводе трудились и мужчины, и женщины. После передачи предприятий в казну многое в жизни рабочих изменилось в лучшую сторону.
Женщины получили возможность не работать, а только заниматься домашним хозяйством — благодаря тому, что существовали меры поддержки со стороны государства. Каждому мастеровому, который приезжал в Миасский завод, выделялась бессрочная ссуда в 100 рублей, на которые можно было купить или построить дом. На строительство давали полгода и отряжали людей в помощь.
Возводили жилища в основном из сосны, однако нижние венцы делали из лиственницы, поскольку она гораздо прочнее. Чаще всего дома мастеровых состояли из двух изб, соединенных сенями под одной кровлей.
Но были и полутора-, и двухэтажные строения, а во второй половине XIX века стали возводить дома городского типа, на каменном фундаменте, на три, пять, иногда семь или девять окон. Часть из них были полностью каменные, крытые кровельным железом или черепицей.
В домах мастеровых стояли русские печи, но в некоторых устанавливали и голландские, которые отапливали минимум два помещения.
Убранство домов мастеровых было отнюдь не деревенским. У зажиточных хозяев в чистых горницах стояли и софы, и диванчики, и ломберные столики. Хватало и кухонной утвари, и столовой посуды — у тех, кто побогаче, встречалась даже стеклянная и хрустальная. Не водилось лишь серебряных ложек.
— Когда говорим об избе мастерового, какая возникает картинка? Что-то типа хлева: солома, телята, поросята, — улыбается лектор. — На самом деле такое представление закрепилось по картинам художников, которые в основном изображали быт мастеровых европейской части России. На Урале и в Сибири жили гораздо чище.
Поскольку женщины целиком посвящали себя дому, чистота царила даже в бедных избах. Уже к полудню хозяйка успевала вымыть полы, а девушки не садились за рукоделие, не сделав уборки. Мыли не только все внутри жилища, но и наружные стены, а в богатых домах тщательно чистили
и надворные постройки.
Платье по моде
Миасские мастеровые знали толк в одежде и в этом вопросе далеко опережали соседей. Если жители других территорий носили лапти и сарафаны вплоть до 40-х годов прошлого века, то миасцы стали избавляться от них уже в 1880-е.
Как свидетельствует местный летописец, «современная молодежь подалась в щегольство: все ходят в городском платье по моде».
Но в середине XIX века традиции еще сохранялись. Женщины носили сарафаны из шелковых, полушелковых и других тканей, мужчины по праздникам наряжались в красные рубахи с ткаными поясами, украшенными различными надписями.
Для нарядной и повседневной одежды покупали фабричные ткани. И лишь для работы на приисках шили рубахи и порты из грубого полотна, которое ткали сами изо льна, конопли, крапивы.
Что касается обуви, то мастеровые победнее зимой и летом носили ко́ты (кожаные башмаки на толстой подошве) — в холода с ними надевали вязаные чулки. Люди зажиточные ходили в сапогах.
Без птичьего молока
— Миасс в то время был очень богатым, хотя не имел статуса города, — говорит Нина Чухарева. — Есть воспоминания Антона Антоновича Скаруцкого, который в начале ХХ века приехал сюда из Белоруссии: «Миасс показался мне настоящим раем. Здесь можно было купить все. Не было разве что птичьего молока». По рассказам Скаруцкого, в заводе продавались фрукты и овощи
со всего света, даже винная ягода — инжир.
Излюбленными лакомствами были пряники — с имбирем, кардамоном и другими дорогими специями.
Еще один показатель достатка местных жителей — самовар. Во многих уральских селениях этот предмет утвари был лишь у богатых семей. В Миассе же без самовара не обходился самый скромный дом.
А вот хороших стряпух, по наблюдениям летописца, было мало: вероятно, в других районах готовили вкуснее и разнообразнее. Тем не менее, праздничный стол миасские хозяйки накрывали щедро. В скоромное меню входили пироги с рыбой соленой и свежей, щи, лапша, клецки, каша, яичница, блины, оладьи, творожные ватрушки, шаньги, сверху помазанные сметаной.
В постные дни готовили суп из ячменя, полбы, овсяной или пшеничной крупы, щи с кислой капустой, разные ботвиньи, кулагу — заварную кашу из ржаной муки с сушеной вишней, паренки из репы, пироги с морковью, репой, солеными груздями, тертую редьку с квасом, кашу из брюквы и тыквы. На жаркое — картофель со свеклой, солеными груздями или репчатым луком, черным и красным перцем. Грузди и ягоды — вишня, клубника, малина — были у миасцев в особом почете.
Кто в доме хозяин?
Миасские семьи насчитывали по 15-20 человек: под одной крышей жили несколько поколений. Главой безоговорочно признавали отца, даже если сыновья уже были взрослыми и имели своих детей.
Мужья, в свою очередь, держали в патриархальной строгости жен. Как сказано в одной из летописей, «поучить маненько, то есть побить, считалось обязанностью». Свекровь тоже вполне могла «поучить» невестку таким образом, а уж свекор — «еще более властелин над сыновьей женой».
При этом все домашние обязанности лежали на женщине: ведение хозяйства, уход
за детьми, приготовление пищи, шитье одежды. «Добрый отец семейства, — вновь цитируем летописца, — если захочет, хлопочет об обуви для семьи». Если же нет, то об этом тоже приходилось заботиться супруге, что часто вынуждало женщин работать на приисках.
Интересно, что в Миасском заводе было не принято ни выкуп за невесту платить, ни приданое за ней брать — не считая постели, платья, домашней утвари. На это девушка могла заработать сама — на тех же приисках или нанявшись в прислуги к богатым людям. Невестам из купеческих семейств заказывали приданое в Никольском женском старообрядческом монастыре, который находился поблизости.
Свадьбы в Миассе играли широко: даже простые мастеровые гуляли неделю. Оплачивать все это было обязанностью жениха. Но предсвадебные мероприятия с застольями проводились за счет семьи невесты.
Портрет мастерового
«В наш завод поступают люди из разных уголков Российской империи, поэтому точно определить наружность миасских мастеровых совершенно невозможно. Есть лица довольно выразительные, которые с первого взгляда на них свидетельствуют об остроумии и проницательности, сметливости и самоуверенности…
Росту заводские мастеровые среднего и более среднего, лицо чистое. У женщин и девиц черты лица правильные, а некоторые довольно миловидные. Глаза быстрые, господствующий цвет — серый, темно-голубой и карий. Волосы светло-русые и темно-русые, рыжих мало. Кривых также очень немного».
Фото предоставлены Миасским краеведческим музеем
