Главный научный сотрудник Института минералогии вспоминает о становлении и развитии Ильменского заповедника в Миассе

Завершаем публикацию воспоминаний доктора геолого-минералогических наук, главного научного сотрудника Института минералогии Южно-Уральского федерального научного центра минералогии и геоэкологии УрО РАН. Виктора Григорьевича Кориневского, посвященную приближающемуся 100-летию Ильменского заповедника.

Подарки от Президиума.

«Всем необходимым оборудованием заповедник снабжался через Центракадемснаб из Москвы. Наши заявки обычно выполнялись полностью.
Иногда перепадало оттуда кое-что неожиданное. Так, при переезде в Москве Президиума Академии наук в другое здание у них высвободилось много мебели. В заповедник пришли хорошие дубовые столы дореволюционной постройки. Парочка из них сохранилась и сейчас.
Вместе с мебелью прислали и большой по тем временам дефицит: пишущие машинки «Москва» и «Ундервуд» с латинским шрифтом. Мы получили возможность качественно готовить свои труды к публикации».

Под знаменем Сталина.

«К нашему приезду в заповеднике работало лишь несколько геологов: А. Г. Баженов, Л. А. Кутепова, техники-геологи Тамара Николаевна Сокова, Анатолий Николаевич Сычев, Галина Гарифовна Каньовская, помощником у них была Лидия Андреевна Арзамасцева.
Ситуация кардинально изменилась с приездом Виктора Яковлевича и Ираиды Аристидовны Левиных, а затем и Владимира Ивановича Ленных. Всех их пригласил В. А. Коротеев.
Научным руководителем заповедника стал известный петролог профессор Дмитрий Сергеевич Штейнберг. С его участием была подготовлена программа многолетних научных исследований территории заповедника.
Расширение количества сот-
рудников привело к тому, что на традиционные демонстрации заповедник стал выходить своей колонной. Правда, в первый раз вышел конфуз.
Нужен был парадный флаг, его отыскали в нашем клубе, на месте которого сейчас стоит лабораторный корпус. С ним и пошли на демонстрацию. А когда флаг развернули, оказалось что мы шли к победе коммунизма с именем Ленина и… под водительством Сталина. Так и прошли, немало удивив стоявшее на трибунах руководство города».

За пределами Миасса.

«Геологи заповедника за его пределы раньше обычно не выезжали. Отряд отвозили на какой-нибудь кордон, где ставились палатки, и геологи начинали свои ежедневные маршруты. На выходные дни они возвращались в Миасс.
С нашим появлением полевые работы стали вестись далеко за пределами заповедника во всех районах Урала, Башкирии, в Туве, на Алтае, Курилах и Камчатке, в Карелии и Казахстане.
Нас знали во многих научных организациях СССР, поскольку мы активно участвовали в работе всесоюзных совещаний и сами их организовывали, а наша делегация по количеству участников нередко превосходила посланцев ведущих вузов страны.
Все чаще в Ильмены стали приезжать столичные академики, которых не видели со времен
А. Е. Ферсмана. В дальнейшем это положительно сказалось на решении об образовании на базе заповедника Института минералогии».

«Попрошу освободить!..»

«Время шло, росло количество научных сотрудников, создавались новые лаборатории, всем было всегда что-то нужно, возникали проблемы, с которыми надо было разбираться.
Я же продолжал на два-три месяца уезжать на полевые работы в Мугоджары, приносившие много новой геологической информации, которую надо было осмыслить и оформить в виде статей.
Вот я и попросил Виктора Алексеевича освободить меня от должности ученого секретаря. Он удивился и сказал: «Ведь ты теряешь в зарплате почти 100 рублей!» Я ответил, что даже жена согласна на эту жертву.
Сменил меня биолог, кандидат наук, вдумчивый ученый Владимир Васильевич Плотников. Череда ученых секретарей затем продолжилась Александром Михайловичем Пыстиным, Ларисой Яковлевной Кабановой, Петром Михайловичем Вализером, Виктором Владимировичем Ершовым, Вячеславом Ахсановичем Муфтаховым и Ольгой Евгеньевной Чащиной».

Что в прошлом?

«Мы не только работали, но и дружили семьями.
Конечно, по прошествии полувека многое из прошлого видится сегодня в розовом свете.
Но мы были молоды и мечтали о светлом будущем, до которого большинство, увы, не дожило. Пропали коллективные обсуждения научных вопросов, ушли в прошлое совместные выезды на отдых и празднования женского дня 8 марта, обеденные футбол или волейбол, лыжные гонки.
На базе заповедника исчезли баня, детский сад и магазин. Появились гонка за Показатели Результативности Научной Деятельности (ПРНД — это придумали околонаучные бюрократы), снизилось количество командировок на научные совещания за бюджетный счет и поступление научных журналов в библиотеку.
Резко сократилось количество полевых экспедиционных отрядов, а отсюда — и поступление новых материалов для исследований. Нет наших помощников —
техников и лаборантов, теперь кандидаты наук сами дробят пробы, а доктора наук отбирают зерна минералов для исследований.
Это будущее оказалось по отношению к людям более суровым. Тем не менее закаленные трудностями, мы все же всегда находили и до сих пор находим выходы из непростых ситуаций. И жизнь продолжается!»

Часть первая https://miasskiy.ru/20200209-kak-sozdavalsya-i-razvivalsya-ilmenskij-zapovednik-v-miasse

фото предоставлены
Естественно-научным музеем
Ильменского заповедника

Реклама


Яндекс.Метрика
Выделено памяти сервера: 55.58MB | MySQL запросов в базу: 176 | Страница создана за 0,302 sec.