Новоандреевский «Нестор» когда-то жил в окрестностях Миасса

Сельский учитель оставил потомкам интереснейшие материалы для изучения истории края.

Мы уже начали знакомить читателей «МР» с творчеством местного краеведа и журналиста Фёдора Горбунова, оставившего после себя интереснейшие записки о нравах, быте, традициях уральской деревни конца 19 века.
Надеемся, что сегодняшнее чтение будет не менее увлекательным и даст новую пищу для размышлений…

«Деревня росла. Появились лавки с бакалеей, галантереей, хлебом, мануфактурными, кожевенными, железными товарами. Вслед за ними не замедлил появиться и неизбежный кабак с пестрой вывеской «Распивочно и на вынос».
Появились пивные шинки. Торговля пошла вовсю. Развилось пьянство. Пьянство бесшабашное, беспробудное. Пьянство разнузданного сорвавшегося с крепостной цепи русского рабочего, работавшего ранее за гривну в день под плетью и ощутившего теперь в своем кармане никогда не бывавшего у него десятка, сотни, а иногда и тысячи рублей денег.
При хороших заработках пили неделями. Тесный, душный, грязный кабак день, ночь, будни, праздники был набит народом. Трещал и стонал от пьяного крика, песен и пляски с гиком, криком и присвистом под игру гармоники или балалайки, которую в этом адском шуме никто не слыхал.
Плясали крепко, тяжело, отчаянно, припрыгивая, изгибаясь и падая от чрезмерного опьянения. Падая, засыпали на полу грязном, заплеванном и залитом вином, засыпали мертвым сном пьяного. Заснувших заталкивали под лавки или выбрасывали на улицу.
Пили не одни мужики, а и бабы. Пили семьями, пили малые ребята, первым удовольствием которых было тереться около кабака, где их поили старшие и дико хохотали над пьяными мальчуганами, заставляли их бороться, плясать и матькаться.
В воздухе над деревней висел гул от игры гармоней, балалаек, диких песен, выкриков и присвистов, от визга пьяных баб, топота массы пляшущих ног…».

Ф. Горбунов «История Новоандреевки». 1923 год.

«За грамотой не гнались. «Мы вот неграмотные, да живем, — рассуждали мужики, — и ребята наши проживут». И не учили ребят грамоте.
Кто видел выгоду в учении, отдавал своих ребят учиться грамоте к Васильевне. Васильевна была большая грамотница. Поминальники по родительским дням читала, по покойникам ходила псалтырь читать, ребят новорожденных слабых погружала до приезда попа, который из Миасского завода наезжал в деревню два раза в год. Исповедовал и причащал больных, отпевал всех скопом умерших за период его приезда и крестил родившихся, погружая их в квашню кабатчицы, т. к. он всегда квартировал у кабатчицы как у самого видного, почетного прихожанина.
Как бы не смотрели отрицательно на грамотность мужики, все же в грамоте все больше и больше выявлялась необходимость. Грамота требовалась при расчете с конторой и с артелью, лавочниками и при исполнении общественных должностей.
Кажется, в 70-х годах стали в деревне появляться отставные пропойцы-солдаты, которые стали учить грамоте ребят, поочередно переходя из избы в избу тех мужиков, дети коих учились, получая там готовый стол и по двухгривенному с ученика.
Такие учителя долго не задерживались, не каждый выдерживал целый учебный сезон. А при первой же хорошей получке запивал и скрывался.
Ребята, начинавшие было разбираться в азбуке, будучи оставленные учителем на половине, забывали все до нового учителя и начинали снова. И никак не могли выучиться.
Дело не шло. Тогда по настоянию и инициативе кабатчика Ильи в начале 80-х годов была обществом выстроена изба-школа, она же и сельское правление. Был приглашен специальный учитель и открыта школа грамоты, которая позднее была реформирована в церковно-приходскую школу.
По инициативе и настоянию того же кабатчика Ильи была выстроена небольшая деревянная часовня, и открыт еженедельный по субботам базарный день. Часовня в 1892 г. была освящена на церковь в память кабатчика Ильи и в честь его небесного тёзки названа Пророко-Ильинской. Появился в деревне свой постоянный поп со всем полагающимся клиром.
Так росла и прогрессировала Новая деревня, угождая богу и черту, и Момоне. В жизни деревни этой большую роль играл кабатчик Илья».

Ф. Горбунов «История Новоандреевки». 1923 год.

«Пьянство зимой сравнительно затихает. Пьянствуя, люди православные строго блюли посты и не работали по праздникам.
Праздники встречались и проводились в кабаке. Особенно торжественно в кабаке встречалась Пасха. Кабатчик Илья имел небольшую пушку и к Пасхе всегда заготавливал фунт пороха.
Мужики с вечера собирались к кабаку чистить пушку, приготавливали патроны и пыжи. И в 12 часов ночи разводили костер, жиганами поджигали порох в пушке, и открывалась стрельба.
Кабак стоял запертым, и никто не пил. Палили из пушки часов до 8-9 утра, когда, наконец, открывали кабак, и тут начиналась море разливанное. Пили, поздравляли друг друга с праздником, христосовались и пили»…

Ф. Горбунов «История Новоандреевки». 1923 год.

фото georg-flint.livejournal.com

Реклама


Яндекс.Метрика
Выделено памяти сервера: 51.77MB | MySQL запросов в базу: 155 | Страница создана за 0,206 sec.