Русская «американка», родившаяся под Миассом, поведала историю своей семьи

Рукой «русской американки» всегда водила любовь к родному Уралу.

Рукой «русской американки» всегда водила любовь к родному Уралу.

Что может дать толчок краеведческому поиску?.. Да что угодно! Нечаянно подслушанный обрывок разговора в транспорте. Случайно отыскавшийся на чердаке бабушкин ридикюль. Вывалившаяся из книги пожелтевшая фотография. Ветхий конверт в маминой шкатулке или обломок старинной брошки… А сколько возможностей дает интернет?!..

Поэтесса из Поляковки.

Несколько лет назад юные краеведы школы № 11 и руководитель школьного музея Валентина Усольцева случайно обнаружили в интернете проникновенные, берущие за душу стихи. Автором их оказалась Любовь Соломоновна Флиттер (на фото), гражданка Америки, родившаяся недалеко от Миасса, в селе Поляковка Учалинского района.
Стало ребятам интересно, каким образом наша землячка попала на самый край земли. Чувствовалось, что события, подвигнувшие ее на переезд, были отнюдь нерадостными. В стихотворных строчках сквозили горечь и неизбывная тоска по Родине.
Школьники написали письмо автору с просьбой рассказать о своей жизни — и получили ответ:
«Дорогие друзья! Пишет вам Любовь Соломоновна Флиттер. У меня нет интернета, ваше письмо случайно обнаружила на сайте моя ученица из города Хартфора, штат Коннектинут…».
И дальше, на нескольких страницах, русская «американка» поведала историю своей семьи — историю тяжелую, трагическую.

Подушечки с вареньем.

«В 1937 году мой отец, политический ссыльный Соломон Михайлович Флиттер был арестован по 58 статье и выслан из Киева в село Поляковка Учалинского района. До конца жизни он так и не понял, за что его наказали. Мать, будучи беременной мной на восьмом месяце, поехала за ним в ссылку, хотя не считалась высланной, — писала Любовь Соломоновна. — Сначала мы жили на квартире у пожилой женщины, потом в холодном балагане на краю села. Было слышно, как иногда воют волки. Школа была далеко от этого балагана, я шла туда одна тёмным утром. Сторожиха рано топила печку-голландку, в школе было тепло. Помню здание продснаба, столовую, где продавали вкусную пшенную кашу с маслом. Было и сельпо, и там продавали конфеты — подушечки с вареньем…».

Был в плену, бежал.

Откликаясь на просьбу миасских подростков, Любовь Соломоновна подробно описала жизнь своего отца:
«Отец родился в 1894 году в городе Дубно, Ровенской губернии, в многодетной еврейской бедной семье. Был почти неграмотным, окончил только два класса хейдера (начальной еврейской школы). В 1912 году был призван в царскую армию, служил на Дальнем Востоке.
Когда началась Первая мировая война, ушел на фронт, попал в немецкий плен, находился в Германии до 1918 года, бежал из плена и вернулся в Дубно, но вся его семья — мать, отец, братья, сестры — погибла во время погромов.
После этого отец пошел служить в Красную Армию, в дивизию Щорса, полк батьки Боженко. После окончания Гражданской войны был послан в Киев для борьбы с бандитизмом и проституцией.
Там и остался жить. Встретился с моей мамой, Харитон Викторией Петровной. В 1925 году у них родился сын Ким (в честь Коммунистического Интернационала), который позже погиб на фронте».

Новая беда.

Как только младшая дочь окончила в Поляковке три класса, Флиттеры переехали в город Бирск, где была средняя школа (родители очень переживали за образование подрастающей Любы, и поэтому отец долго хлопотал о разрешении на переезд). В Бирске семья снимала угол, где поместились две кровати, стол и печка.
Новая беда обрушилась на Флиттеров в 1948 году, когда всех административно высланных забрали в ГУЛАГ. Соломон Михайлович попал в лагерь особого режима «ОзерЛаг», в течение 10 лет валил лес на строительстве железнодорожной линии Абакан-Тайшет.
После ареста отца мать тяжело заболела, но каждую неделю писала письма в Центральный Комитет, надеясь найти справедливость.
В это время в стране начался процесс в отношении врачей-евреев, которых обвиняли в преднамеренном убийстве известных людей. Виктория Петровна Флиттер тоже попала под увольнение. Помощи ждать было неоткуда… Пришлось ей, женщине с больным сердцем, наниматься стирать белье.

«Все силы забрала тайга…»

После окончания школы Любовь Соломоновна поступила в Уральский университет на филологический факультет, жила в общежитии, голодала, тосковала по маме, но не переставала надеяться на лучшее.
Однажды по радио передали известие о смерти Сталина. Началась «хрущевская оттепель», а вскоре вернулся отец. Как писала позже о нем Любовь Соломоновна: «Слепой, растерянный, больной, в бушлате лагерном на теле, Вернулся он полуживой, все прятал сухари в постели. Его измучила цинга, и струпья на ногах терзали, Все силы забрала тайга, глаз выбит на лесоповале…».
Супруги Флиттер воспрянули духом, переехали в Киев. Казалось, теперь-то все страдания позади, но времена изменились, отношения между людьми стали жесткими. Виктория Петровна снова слегла от болезни и страданий, и вскоре отошла в мир иной.
Отец пережил ее на шесть лет. Умирая в 1979 году, прошептал, обращаясь к дочери: «Не унывай…».
Окончание следует…

фото предоставлены Валентиной Усольцевой, руководителем музея школы № 11.

Реклама


Случайный выбор

Вы должны это знать!

Яндекс.Метрика
Выделено памяти сервера: 47.61MB | MySQL запросов в базу: 155 | Страница создана за 0,217 sec.