Несколько лет назад мы рассказывали о том, как бывший педагог Виктор Иванович Казымов, добрейшей души человек, делает великолепные табуретки и дарит их жителям своего дома. И вот — новый поворот в наших отношениях. Студенты Миасского строительного колледжа (бывшее техучилище № 49) Камила Сеферова, Артем Карасев и их друзья из групп 218, 318, Т-41, узнав, что Виктор Иванович в 50-х годах работал воспитателем в школе фабрично-заводского обучения № 49, побеседовали с ним, с интересом рассматривая фотографии далеких сверстников.
Учили ремеслу
В канун 2 октября, дня, когда Россия отмечает 75-ю годовщину системы профтехобразования, мы тоже навестили Виктора Ивановича.
— Шел 1952 год, — погружается в воспоминания Казымов. — Я только что демобилизовался и искал работу. Предложение занять должность воспитателя в школе ФЗО было неожиданным, но я согласился, потому что мне нравилось работать с молодежью. Уральские вербовщики привезли с Украины подростков, с лихвой хлебнувших военных испытаний, знавших, что такое голод, бомбежки, смерть близких, зверства фашистов. Так как Украина была почти полностью в руинах, ей требовались обученные строители для восстановления разрушенного хозяйства. Вот таких специалистов готовили из приезжих ребят миасцы. Несмотря на недетские испытания, выпавшие на их долю, украинцы были скромными, воспитанными, открытыми. Их снабдили формой, поселили в общежитии на улице Калинина рядом с учебными зданиями, начали обучать премудростям профессий штукатура-маляра, каменщика, плотника. Теории было немного, преподаватели старались дать сразу практические навыки, потому что обучение длилось всего шесть месяцев. Помню, директором ФЗО был Алексей Петрович Кравченко, имевший подсобное хозяйство в Атляне. Мы с ребятами ездили туда грести сено. Было видно, что украинцам это дело не в новинку, потому что большинство из них росли в селе и были приучены ко всякой работе.
Лучший кулинар — голод
Полгода, проведенные на Урале, запомнились подросткам не только учебой, но и пешими походами на Тургояк, купанием, рыбалкой и ухой, сваренной на костре. Наверняка отложились в памяти легко-
атлетическая эстафета на призы газеты «Миасский рабочий», репетиции самодеятельного хора под баян, чтение книг в биб-
лиотеке.
— В столовую мы всегда ходили строем, — продолжает Виктор Иванович. — Однажды местные ребятишки, собравшиеся на противоположной стороне улицы, начали дразнить моих подопечных: «Эй вы, фабрично-заводские ослы!» Я, как мог, успокоил ребят, но, к чести украинцев, они не озлобились и не пытались отомстить. Они вообще были людьми добродушными и терпеливыми. Может, война научила терпению?.. В столовой я наблюдал, как бережно относились ребята к еде: ели аккуратно, ничего не оставляя на тарелках. Америка присылала по лендлизу яичный порошок, из него делали омлет, и всем было вкусно. Не зря говорят, что лучший кулинар — это голод.
Для кого Миасс — вторая родина?
С годами (а прошло все-таки больше 60 лет!) многие имена позабылись, но кое-кого Виктор Иванович, тем не менее, вспомнил:
— Из тех, кто работал в ФЗО в то время, лучше всех помню Петра Ивановича Иванова. Был он физруком, а уже позже — фотокоррес-
пондентом «МР». Остался в памяти и мастер производственного обучения Николай Иванович Шумаков, несколько лет назад видел его на улице Винокурова. А что касается моих питомцев, то всплывает одна-единственная фамилия — Пилипчук. Кажется, он не уехал на Украину, остался здесь, работал в тресте «Уралавтострой». Возможно, и еще для кого-то Миасс стал второй родиной. Этим людям, моим бывшим воспитанникам, сегодня уже под 80…
