В год 200-летия со дня рождения Александра Сергеевича Пушкина, в 1999 году, на стене в филиале № 1 ЦБС висел портрет поэта. «Кто автор?» — перешептывались читатели, и никто не знал, что эта вещь — из личного архива тогдашнего директора ДК «Юность» (нынешняя «Бригантина») Валентины Карповой. Говорили, что она — знаток жизни и творчества Пушкина, что у нее огромная пушкиниана. Слухи будоражили воображение, хотелось удостовериться, верны ли они, но… Прошел юбилей, и за текущими делами о пушкинской коллекции вспоминалось все реже и реже.
Как бы все прочитать?
На днях мы случайно встретились с Валентиной Николаевной, и сам собой задался вопрос: «А правда?..» — «Правда!» — ответила Карпова. «А можно?..» — «Можно!» — последовал короткий, на улыбке, ответ. «А портрет?..» — «Мне подарил его автор по фамилии Беляев, электрик из «Юности», а я, в свою очередь, презентовала портрет библиотеке на улице Пушкина!»
Слово за слово, разговор уже завязывался, а мне и хотелось, и не хотелось разговаривать на бегу — личность Пушкина и моей собеседницы заслуживали большего уважения.
И наша беседа состоялась чуть позже, можно сказать, в присутствии самого Пушкина, образ которого маячил и на портрете-батике, и на диванной подушке, и на поздравительной открытке. А больше всего «Александра Сергеевича» было в шкафу.
— Не все книги, — словно извинилась хозяйка. — После ремонта не успели от мамы принести остальное…
Но и то, чему нашлось место на книжных полках, впечатляло. Взгляд метался от одной книги к другой, выхватывая знакомые и незнакомые имена авторов. И одна только мысль стучала в голове: «Как бы все это прочитать?..»
Между тем Валентина Николаевна рассказала, что интерес к Пушкину проснулся лет в 18, когда она, студентка, увидела у соседки книгу Николая Раевского «Если заговорят портреты», раскрыла ее, прочла пару строчек — и забыла обо всем на свете.
Портреты заговорили
Точно такую книгу достать не удалось, зато приобрела другую — дополненное и переработанное издание под названием «Портреты заговорили» (к слову, и мой интерес к Пушкину начался с той же самой книги).
— Книга, которой особенно дорожу, — «Дневник Долли Фикельмон» (автор Светлана Мрочковская-Балашова), уникальной женщины, чей образ вдохновил поэта на написание «Пиковой дамы», — продолжила Валентина Николаевна. — Не все книги в моей подборке — только о Пушкине. Многие посвящены его жене и тем женщинам, к которым благоволил Пушкин и чьи имена только по этой причине вошли в историю. Я даже начала составлять свой список пушкинских дам, попутно собирая любую информацию о них — благо, в Интернете можно найти все. Делаю распечатки, систематизирую.
Дружу с издательствами
— Книга, которой, считаю, нет цены — «Истинная биография Пушкина» В. Марочкина, где озвучиваются девять смелых версий его жизни. Благодаря ей я, например, узнала, что вопреки мнению о том, что звание камер-юнкера оскорбило Пушкина, поэт, наоборот, желал получить его, потому что только оно давало право работать в государственных архивах и собирать материалы о Пугачеве.
Много интересного узнаешь о Дантесе. Не люблю книги, написанные скучным, специфическим языком, исключение — «Дуэль Пушкина с Дантесом. Подлинное судебное дело» из серии «Русские судебные процессы», где собраны протоколы допросов, докладные записки, следственные документы.
Есть у меня книги об эпохе и о семье Пушкиных. Трудно перечислить все книги, потому что их много и они достаточно редкие. Дружу с издательствами, получаю каталоги по всем новинкам.
Как без этого жить?
— Валентина Николаевна, — любопытствую, — а до книги Раевского вы Пушкина тоже любили?
— Я вообще начала читать рано. После «знакомства» с Раевским стала собирать вырезки из журналов. Когда приехала в Миасс, познакомилась с Жанной Абрамовной Обуховой, которая переписывалась с известными пушкинистами, бывала на книжных выставках в Москве. В 80-90-х годах книги распространяли по спискам, разыгрывали в лотерею, меняли на макулатуру. Моя приятельница показывала списки книжных новинок, а я, изучив перечень, через нее просила знакомых привезти мне понравившуюся книгу. Придя в «Юность», захотела поделиться своими знаниями, проводила литературные гостиные, пушкинские праздники. Думаю, как здорово было бы работать в библиотеке, читать, искать, исследовать… Надо, чтобы люди читали. Пусть не Пушкина, а кого-то другого. Как без этого жить?
От редакции
Наверняка в Миассе немало пушкинистов, которым хочется пообщаться друг с другом на высокой литературной волне. Может быть, пришла пора объединиться?.. Делитесь своим мнением по телефону 57-26-55.
